Научные гримасы
Jan. 20th, 2003 12:52 pmСегодня пришло мне три письма… Одно краше другого. То есть пол-письма, потом целое письмо и затем объяснение, почему предыдущих было два. Читать надо нараспев…
( Dear Professor A. Domanskaya, )
После прочения я решила, что это студент, пытающися найти место… Слишком уж странно выглядит описание прошлых работ и планов. Но Mohammed Badaoui оказался профессором 1954 года рождения с не слишком длинным, но все же списком публикаций. Оказалось, что это еще одна эффектная фигура в науке… Не в смысле результатов. Мне везет, я собрала их уже целый пучок. Это или слегка сумасшедшие (или не слегка), или берущие от научной жизни не то, что называется исследованием, а, например, банкетную часть…
Конкретный экземпляр, как выяснилось из бесед с коллегами – скорей немного не в себе. Он успел предложить посотрудничать уже всем, но результатов встречных от него никто не получал, и переругались с ним многие из-за этого. Он охотно зовет к себе в институт, и с туристической точки зрения все проходит на ура. На этом, и на декорировании собственного кабинета он останавливается. Играет в ученого и счастлив этим, и, к счастью, безвреден.
( Dear Professor A. Domanskaya, )
После прочения я решила, что это студент, пытающися найти место… Слишком уж странно выглядит описание прошлых работ и планов. Но Mohammed Badaoui оказался профессором 1954 года рождения с не слишком длинным, но все же списком публикаций. Оказалось, что это еще одна эффектная фигура в науке… Не в смысле результатов. Мне везет, я собрала их уже целый пучок. Это или слегка сумасшедшие (или не слегка), или берущие от научной жизни не то, что называется исследованием, а, например, банкетную часть…
Конкретный экземпляр, как выяснилось из бесед с коллегами – скорей немного не в себе. Он успел предложить посотрудничать уже всем, но результатов встречных от него никто не получал, и переругались с ним многие из-за этого. Он охотно зовет к себе в институт, и с туристической точки зрения все проходит на ура. На этом, и на декорировании собственного кабинета он останавливается. Играет в ученого и счастлив этим, и, к счастью, безвреден.