
Позвонила немецкой тёте, рассказать про моего деда. Он ей приходился двоюродным братом. Её телефон не опознал мой номер, она не сразу разобрала, кто звонит, очень быстро меня перебила, спросила как я узнала (я думала, что про деда). И вдруг стала рассказывать, что чувствует себя прекрасно, что операция прошла как в учебнике. Она сейчас в больнице, прогноз положительный и не надо делать химо-терапию, а только облучиться. Потом заедет в Штуттгарт, а оттуда на ферму, там проживет до конца лета. Восстанавливаться. Что последних своих пациентов она "отпустила" (она детский врач и психолог, консультировала однополные семьи и семьи с приёмными детьми), потому что надо же когда-нибудь остановиться. Этакое информационное сообщение. Мы все, когда в жизни что-то происходит, о чем потом надо рассказывать, подготаваливаем "пресс-релиз", вот Л. его и выдала. Я начала глотать воздух от шока, не сразу очухалась.
По тому, как быстро и много Л. рассказала, было ясно, в каком шоке она сама была от диагноза, и как ей полегчало после того, как враг опознан, шаги сделаны и результаты в плюсе. Блин, я держу кулаки и все, что можно, стучу по дереву, плюю через левое плечо и душу чёрных кошек.
Короче, блин, поделились новостями.