Своя в доску

[noyau]

Масяня, она моего поколения, приблизительно одного возраста, и поэтому очень понятная. Такая же аполитичная в двухтысячных, "иди в жопу, начальник", "пойдём-ка покурим-ка", и живущая похоже, потом окукливающаяся в собственую семью, становящаяся внимательнее к устройству мира вокруг. И Петербург...

Масяня  мне давно кажется реальным человеком. И вот когда она погибает при бомбёжке в серии про Мариубург (со ссылкой на дневник Тани Савичевой), я получила под дых. Как и автор хотел. Сделало сильно и гениально. Но хорошо, что она всё-таки видела это во сне. Хорошо бы и мне проснуться.