noyau

В каком то смысле отморожение пальца мне даже понравилось - узнала много нового (Для тех кого все-таки волнует медицинский аспект - палец жив, и будет жить. Ампутировать его передумали).
Удивительно богатой оказалась реакция властей... Сначала я была вызвана в милицию. Пошли мы туда с мамой, ей тоже было интересно. Отделение милиции нашего микрорайна оказалось внутри удивительно бедным. Интересно, что все дознаватели во главе со старшим дознавателем - женщины. Участковые от слова "участие" делят один кабинет. "Васильев, Соколов, Амосёнок и Человечков" - не хватало только Винтика и Шпунтика. Опросили, записали. Я подписала просьбу от отказе проведения расследования по делу моего обморожения, так как телесные повреждения получила, дура, по собственной неосторожности. Шпунтик пожаловался, что это у них новинка - даже тетка, пролившая на руку горячий борщ, и обратившаяся затем в травму, окажется в конце концов у них, и будет объяснять, как это она так неловко обошлась с поварешкой.
Прошла неделя. За это время я побывала в больнице еще два раза, настроение стабилизировалось, самочуствие - тоже, я укатила на работу, но тут снова зазвонил телефон. Это была мама, по голосу которой было слышно, что она умирает от хохота. Выяснилось, что звонил заместитель прокурора Фрунзенского района. Пожелал еще раз меня опросить по поводу обстоятельств получения мною телесных повреждений. "Каких телесный повреждений?" - переспросила мама. "Обморожения."- ответил заместитель прокурора. "Ах, обморожения", сказала мама и захихикала... Выяснилось, что прокуратора проводит проверку работы участковых. Понятно, что увеличивать статистику проверок, общаясь с бездомными и алкоголиками, как-то прокуратура не желает, но вот почему бы не поговорить с сотрудником университета?!
Теперь мы ждем звонка если не от президента, то по крайней мере от мэра. "Как поживает ваш палец?"