![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
noyauВчера написал мой многоюродный дядя Петер, на прошлой неделе в больнице скончался его отец, Вольфганг, муж доктора Лени. Как это часто бывает в браках невозможной длины, что супруг, переживший свою половинку, сам живёт потом недолго, потеряв собеседника, и часть самого себя. Петер хорошо написал, что он прожил без Лени один год, видел расцвет весны, посев, тепло лета, увядание осени, и к зимнему засыпанию природы и сам исчез. Петер, вообще, не склонен к литературщине, а тут его разобрало.
Вольфганг на какой-то ранней стадии своей жизни был священником-миссионером, а потои разочаровался, купил ферму под Берлином и был там счастлив несколько десятилетий. Из-за проповедничества говорить он умел прекрасно. Удобно садился, и красивым неторопливым голосом что-нибудь рассказвал. Неважно про что, про книги, коров, берлинскую стену или обед, но становилось вдруг очень спокойно и хорошо.
Из этих неторопливых рассказов запомнилась мне одна история, как он познакомился с Лени. Что он сидел на собрании какой-то организации, имеющей отношение к медицине. И вдруг врывается Лени, всклокоченная, активная, как всегда опоздала. Она тогда училась на врача, и подрабатывала медсестрой, всегда куда-то торопилась. После заседания часть участников, в их числе Лени и Вольфганг, зашли в какой-то ресторан поесть, смеялись. Потом ещё более уменьшившаяся компания собралась ещё куда-то и позвали Вольфганга. Он сначала отказался, хоть и Лени ему очень понравилась, но её и остальных он видел в первый раз. И вот все уходят, и за ними меедленно закрывается дверь, он колеблется, и чувствует, что за дверью для него новая жизнь, но стоит ли она того? В самый последний момент остановил дверь ботинком, и заторопился вдогонку. Поженились они очень быстро, and lived happily ever after. Способствовал женитьбе и акцент будущей тёщи, швабско-славянский, который Вольфгангу очень импонировал.
Вольфганг на какой-то ранней стадии своей жизни был священником-миссионером, а потои разочаровался, купил ферму под Берлином и был там счастлив несколько десятилетий. Из-за проповедничества говорить он умел прекрасно. Удобно садился, и красивым неторопливым голосом что-нибудь рассказвал. Неважно про что, про книги, коров, берлинскую стену или обед, но становилось вдруг очень спокойно и хорошо.
Из этих неторопливых рассказов запомнилась мне одна история, как он познакомился с Лени. Что он сидел на собрании какой-то организации, имеющей отношение к медицине. И вдруг врывается Лени, всклокоченная, активная, как всегда опоздала. Она тогда училась на врача, и подрабатывала медсестрой, всегда куда-то торопилась. После заседания часть участников, в их числе Лени и Вольфганг, зашли в какой-то ресторан поесть, смеялись. Потом ещё более уменьшившаяся компания собралась ещё куда-то и позвали Вольфганга. Он сначала отказался, хоть и Лени ему очень понравилась, но её и остальных он видел в первый раз. И вот все уходят, и за ними меедленно закрывается дверь, он колеблется, и чувствует, что за дверью для него новая жизнь, но стоит ли она того? В самый последний момент остановил дверь ботинком, и заторопился вдогонку. Поженились они очень быстро, and lived happily ever after. Способствовал женитьбе и акцент будущей тёщи, швабско-славянский, который Вольфгангу очень импонировал.
